Оглянитесь — Павелецкая площадь весьма просторная, но всегда ли она была такой?

Да. Задолго до появления железной дороги здесь велась активная торговля. В том числе — ногайскими лошадьми: красивыми, пятнистыми, выносливыми. Они были нужны для службы в русской армии. Позднее конная торговля переместилась в Стремянный переулок и на Конную площадь недалеко отсюда. А здесь остались рынок и транспортная развязка. Именно в эту городскую структуру в 1900-м году впишется новый Саратовский вокзал. Вокруг него начнут появляться особняки и доходные дома в модных для своего времени стилях. Затем — парадная советская застройка. Но обо всём по порядку…

Сейчас мы находимся на территории торгового центра «Павелецкая Плаза». Он расположен прямо под нами и уходит вниз на три подземных этажа десятков ресторанов и магазинов. А на самой площади разбит ландшафтный парк, созданный по проекту американского бюро SWA/Balsley. Свой нынешний облик площадь получила в 2021 году после масштабной реконструкции по проекту Антона Бондаренко и архитектурного бюро «5+дизайн». Обратите внимание на стеклянные павильоны, озеленённые террасы и открытые общественные пространства.

Теперь оглянитесь вокруг и найдите самое высокое здание на площади.

Главная высотная доминанта — это бизнес-центр «Павелецкая Плаза» с угловой 111-метровой башней как будто сказочной крепости и двумя 12-ти этажными корпусами, созданными коллективом архитекторов под руководством Михаила Посохина и Сергея Ткаченко. В этом бизнес-центре с 2003 года разместились представительства крупных банков и международных компаний.

А главной доминантой площади по протяжённости фасада является вокзальный комплекс, который скрывает любопытный архитектурный секрет. Подойдём ближе к фасаду Павелецкого вокзала, чтобы разгадать его

Посмотрите на фасад вокзала.

Мы видим торжественный трехсотметровый фасад с высоким центральным куполом и тремя глубокими арками и не подозреваем, что этот фасад здания-матрёшки — современное бежевое здание поглотило старинный вокзал с фасадом в 83 метра и павильон метрополитена с фасадом в 40 метров.

Эта трансформация произошла во время реконструкции 1980-х годов, хотя расширять и перестраивать его начали значительно раньше.

Подойдём к левому крылу здания.

Именно здесь сохранилась часть первоначального вокзала. Его проект разработали архитекторы Дидерихс и Квашнин в 1896-м году — в духе монументальной эклектики с элементами классицизма и ренессанса. Обратите внимание на высокие арочные окна, рустованный первый этаж, аттик и часы в центральной части фасада. Именно так выглядел один из самых современных вокзалов своего времени.

Строительство велось очень быстро. Уже 14 сентября 1900-го года состоялось торжественное открытие Саратовского вокзала. Такое название он получил потому, что принадлежал Обществу Рязанско-Уральской железной дороги, основные линии которой вели к Саратову.

Появление этого вокзала было важным событием для Москвы. Рязанско-Уральская железная дорога считалась крупнейшей частной железной дорогой Российской империи и связывала двенадцать густонаселённых губерний. Но долгое время она не имела прямого выхода к столице. Строительство новой линии решило эту проблему и окончательно включило Москву в огромную транспортную систему юга страны.

В 1910 году Саратовский вокзал получил новое название — Павелецкий. Его дали по имени небольшой узловой станции Павелец, от которой начиналось строительство железнодорожной линии на Москву.

Первоначально вокзал был небольшим: два этажа, три перрона. По главному фасаду со стороны площади были расположены вестибюль, багажное отделение, билетные кассы, телеграф, аптека и буфет. Но главной функцией вокзала была не пассажирская, а грузовая — транспортировка хлеба и других сельскохозяйственных грузов. Поэтому на прилегающих к вокзалу территориях в первые годы ХХ века началось активное строительство товарных терминалов, складов, промышленных холодильников

В конце XX века пассажиров и грузов стало так много, что старое здание постепенно переставало справляться с нагрузкой. В 1987-м году произошла масштабная реконструкция. Архитекторы Гурков, Кузнецова и Воронцов успешно выполнили сложную творческую задачу: увеличить комплекс почти втрое, сохранить исторический облик и одновременно встроить в него вестибюль станции метро «Павелецкая» Замоскворецкой линии.

В результате объём вокзала вырос в шесть раз, а пропускная способность — в четыре. Сегодня это один из крупнейших транспортных комплексов Москвы. При этом архитекторам удалось сохранить главное — узнаваемый силуэт. Именно поэтому Павелецкий вокзал кажется историческим зданием, хотя значительная часть того, что мы видим сегодня, появилась лишь в конце XX века.

Теперь мы направляемся в сторону Кожевнической улицы, слева от Павелецкого вокзала — туда, где когда‑то находилась знаменитая Кожевенная слобода, занимавшая земли вплоть до Москвы-реки. Мы идём к зданию современной гостиницы Гленвер и остановимся у неё

Остановившись в самом начале Кожевнической улицы, мы видим справа от нас отель Glenver Garden Paveletskaya, который появился тут недавно — в 2022-м году.

Обратите внимание на высокую арку. За ней скрываются небольшой парк и павильон музея Московской железной дороги. Его экспозиция логично дополняет тему транспортного узла на Павелецкой площади, куда весь ХХ век сходились конные, трамвайные, автобусные и железнодорожные пути. Центр экспозиции этого павильона 1960х годов — паровоз, который в 1924-м году доставил в Москву траурный состав с телом Владимира Ленина. Теперь этот паровоз — ценный экспонат транспортной экспозиции, а в парке вокруг музея всегда можно погулять.

Этот парк — часть бывших владений Бахрушиных, одной из самых известных предпринимательских династий дореволюционной Москвы, которые занимались суконным и кожевенным производством.

Слобода кожевенных мастеров возникла здесь ещё в XVI веке. Местные умельцы здесь производили юфть — особым образом вымоченную кожу, пропитанную берёзовым дёгтем. Она отличалась мягкостью и долговечностью, была известна далеко за пределами России. За границей её часто называли просто «русской кожей», она приносила огромный доход казне и в неё одевали целые полки западных армий.

Кожевенное производство дало название улицам, сформировало местную экономику и принесло богатство многим купеческим семьям. В 1853 году в городе числится 23 кожевенных производства, 19 из них расположены в Кожевниках — это же настоящая метрополия! Давайте подойдём к сохранившимся особнякам Бахрушиных — династии, которая стала лидером в этом профессиональном промышленном кластере старой Москвы.

Перед нами два невысоких двухэтажных особняка.

Сегодня здесь работают рестораны и кафе, за ними возвышаются современные корпуса бизнес-центра «Вивальди Плаза». Но почти двести лет назад это место было центром одной из самых успешных предпринимательских историй старой Москвы.

История начинается с Алексея Фёдоровича Бахрушина — выходца из Зарайска. В 1836-м году он покупает дом в Кожевниках, открывает фабрику и устанавливает в её цехах новейшие механизмы, паровые машины и постоянно модернизирует производство.

К концу XIX века его сыновья уже владели целым промышленным комплексом, где помимо кожевенного им принадлежали шерстомойное, прядильное, ткацкое и красильное производства. Район вокруг нас можно было бы назвать настоящей промышленной империей Бахрушиных.

Мы стоим возле домов № 6 и 8 по Кожевнической улице, где выросли представители нескольких поколений семьи и осуществлялось управление кожевенной фабрикой. Династия славилась коллекционерам и благотворителями и деньги, заработанные ими на бахрушинских фабриках, превратились не только в промышленную империю, но и в больницы, школы, музеи, театры. Их капитал стал искусством, частью культуры и городской памяти.

В 1918 году фабрика была национализирована, превратилась в завод «Красный кожевенник», потом — в Московский фурнитурный завод. Теперь на бахрушинской территории, в глубине квартала за особняками — бизнес-центр «Вивальди Плаза» и гостиница Космос Павелецкая, построенная в 2021 году по проекту студии ABD architects

Конечно, Бахрушины были далеко не единственными предпринимателями Кожевников. В XIX веке весь район вокруг нас был застроен усадьбами фабрикантов и купцов. Некоторые из них сохранились до наших дней. Сейчас мы перейдём на другую сторону Кожевнической улицы и познакомимся с соседями Бахрушиных — людьми, которые вместе с ними создавали историю этого района.

Перед нами одно из самых эффектных зданий района — трехэтажные бани, которые олицетворяло новую эпоху и новый образ жизни советского человека. Сохранившееся здание бань здесь не первое, на этом месте уже стояли общественные бани до революции 1917 года, но в начале 1930-х годов государство начинает создавать новую систему городского быта. В стране действует специальный декрет об обеспечении населения банями, и по типовому проекту архитектора Владимира Ивашкевича в 1933 году недалеко от Павелецкого вокзала возводят большой современный банный комплекс. Он имеет характерную для того времени строгую геометрию, но самое интересное располагается на фасадах.

Поднимите взгляд выше.

Перед нами огромные керамические панно, созданные художниками Василием Боркиным, Ароном Траскуновым и Евгением Ковальским — выпускниками ВХУТЕИНа (Высшего художественно-технического института в Ленинграде)

Давайте рассмотрим изображения поочерёдно? Итак, левое панно называется «Гигиена и физкультура в сельском хозяйстве», на нём изображены доярки в поле и в саду. Фриз главного фасада называется «Гигиена и физкультура и их повторение в трудовом процессе», а правый фриз называется «Гигиена и физкультура в промышленности». Здесь можно увидеть рабочих и колхозниц, трактористов и металлургов, которые моются, вытираются полотенцами, занимаются физкультурой и отдыхают.

Государство стремилось воспитать нового человека — здорового, дисциплинированного, физически крепкого и готового к труду. Поэтому спорт, гигиена, индустриализация и сельское хозяйство воспринимались как части одного большого проекта будущего. По сути, перед нами не просто декоративные панно, а настоящий манифест эпохи.

Сейчас вместе бань в здании располагаются фитнес-клубы и предприятия сферы услуг. Но сама идея заботы о здоровье никуда не исчезла. Просто каждая эпоха понимает её по‑своему.

А мы двинемся дальше, вглубь кварталов, к реке, где по контрасту с веком двадцатым мы смотрим век семнадцатый.

Если сейчас перед нами был XX век с его верой в прогресс и нового человека, то следующая остановка перенесёт нас гораздо обратно в прошлое — в Москву XVII века.

От здания бань мы сворачиваем с Кожевнической улицы и уходим вглубь квартала авангардной застройки. Обойдите бани и поверните направо во дворе жилых корпусов 1920х годов, а затем пройдите прямо и оказавшись рядом с решёткой во дворе квартала откройте калитку и подойдите к небольшому красно кирпичному зданию впереди — это старинные палаты, которые вероятно были центром всей Кожевенной слободы в 17 веке.

Перед нами уникальный тип московских палат, с небольшими окнами с декоративными наличниками, массивными стенами и простой формой здания. Его основу составляет большой двухэтажный объём, перекрытый высокой четырехскатной крышей с высокими дымниками. Внутри находилась просторная палата с несущим столпом в центре. Возможно отсюда управляли Кожевенной слободой — здесь хранили товары, принимали посетителей или решали хозяйственные вопросы.

Обратите внимание, что палаты словно стоят в небольшом углублении. Это не архитектурный приём. Просто за сотни лет уровень земли вокруг поднялся примерно на полтора-два метра. Город постепенно рос, перестраивался, накапливал культурный слой, а старый дом словно уходил все глубже в прошлое.

Если подойти ближе, можно заметить интересную деталь — ниши для свечей и фонарей. А ещё декоративный пояс с поребриком — характерный элемент русской архитектуры XVII века.

По документам при Петре I здесь мог располагаться мытный двор — городская таможня. Неподалёку, в районе современного Новоспасского моста, находилась переправа через Москва-реку. Купцы платили пошлину за въезд в город с товарами. Такой сбор назывался мытом, а место его взимания — мытным двором.

В 1920-е годы здание перестроили под общежитие. Были разобраны старые своды, появилась пристройка. Позднее палаты едва не снесли ради строительства насосной станции. К счастью, реставраторам удалось сохранить этот памятник. С 1983 года здесь располагалась редакция легендарного научно-популярного журнала «Знание — сила».

Получается, что эти палаты — как связующая нить между разными эпохами. Сначала здесь центр старой ремесленной Москвы, затем жильё индустриальной эпохи, а потом в этих стенах писали статьи о науке, технике и будущем.

От палат мы отправимся к воде.

Впереди нас ждут Москва-река и Водоотводный канал — места, без которых невозможно представить промышленную историю Кожевников. Именно там находились причалы, склады, заводы и важнейшие транспортные маршруты района.

Посмотрите на противоположный берег канала, где находится масштабный архитектурный ансамбль — культурно-деловой комплекс «Красные Холмы». Он построен в 1996−2009 годах и включает в себя Дом музыки, бизнес-центр Riverside Towers и гостиницу Swissotel. Что он вам напоминает? Многим кажется, что перед ними крепость, и это не случайно.

История комплекса началась ещё в 1980-е годы, когда здесь задумали построить Международный театральный центр. Проект разработало «Товарищество театральных архитекторов» Сергея и Юрия Гнедовского, Владилена Красильникова, Дмитрия Солопова и др.

Архитекторы сознательно искали образ, который перекликался бы с историческим пейзажем Москвы. Их вдохновлял Новоспасский монастырь за Москвой-рекой, который хорошо виден отсюда. Зодчие задумали построить «город-отражение» с монастырскими или крепостными неприступными стенами, высокими смотровыми башнями, сакральными объектами.

Сначала на стрелке Балчуга появились две башни, соединённые длинным корпусом. Затем в 2002 — м году открылся Московский международный Дом музыки. Интересно, что именно ради него, во‑многом, и задумывался весь этот проект. Большую роль в его реализации сыграл дирижёр Владимир Спиваков, который много лет продвигал идею создания современного концертного пространства для города.

Завершает композицию гостиничная башня Swissôtel высотой 165 метров. Так сложился ансамбль, который до сих пор вызывает споры, но безусловно является заметным явлением строительства эпохи нового стиля советского постмодернизма.

А сейчас подойдём к Малому Краснохолмскому мосту. Отсюда особенно хорошо видно, какую роль вода играла в жизни этой части города, и что мосты — одни из главных связующих элементов.


Мы подошли к Малому Краснохолмскому мосту. Остановитесь на минуту и посмотрите вокруг. С одной стороны мы видим Кожевники, с другой — остров Балчуг. Исторические мосты существовали здесь ещё в XIX веке. Сначала деревянный, затем чугунный. В начале XX века по мосту проходила трамвайная линия, а вокруг кипела жизнь промышленного района.

Современный Малый Краснохолмский мост 1938 года появился в результате масштабной реконструкции Москвы согласно Генеральному плану. Тогда в середине 1930х город стремительно менялся: расширялись магистрали, создавалась современная транспортная система столицы, вырос уровень воды в Москве-реке из-за новой гидросистемы.

Любопытно, что современное название моста, который звучал как Высокодамбовский, напоминает о Краснохолмском шлюзе, который когда‑то находился неподалёку. Сам шлюз давно исчез, но память о нем сохранилась в городских названиях — Краснохолмский мост, Шлюзовая набережная, Шлюзовой переулок.

Обратите внимание на ограждения моста — в орнаменте из литого чугуна элегантно зашифрована символика СССР. Но если мост представляет собой образец советской неоклассики, то следующий объект  — памятник эпохи авангарда, когда инженеры и архитекторы мечтали полностью изменить облик будущего города. Именно к нему мы сейчас и направимся — это бывшая контора гаража Наркомтяжпрома СССР.

Посмотрите на угловое здание с полукруглым остеклением. Сегодня оно кажется небольшим и даже немного скромным, но в 1930-е годы это был настоящий символ высокотехнологичного будущего.

Перед нами — бывший гараж Наркомата тяжёлой промышленности СССР. Построен в 1933 году по проекту архитектора Захара Носкина и инженера Юрия Фельзера. Обратите внимание на ленточные окна и лёгкость фасада, все это — характерные черты авангарда — эпохи, когда архитекторы искали новые формы для нового мира.

Главной технической новинкой были внутренние полурампы — специальные пандусы, по которым автомобили могли перемещаться между этажами. Для начала 1930-х годов это было передовое инженерное решение. Автобаза была в основном укомплектована автомобилями иностранного производства: «Форд», «Лассаль» и другими. В годы войны на автобазе был развернут авторемонтный завод, а после войны автобаза вновь начала работу по обслуживанию учреждений легковым транспортом и функционировала как Автокомбинат № 4.

К сожалению, до наших дней сохранилась лишь небольшая часть комплекса. Основные корпуса гаража были сначала перестроены, а затем утрачены. Но именно это угловое здание сегодня успешно отреставрировано и напоминает о времени, когда автомобиль казался символом будущего, а архитекторы были уверены, что новая техника полностью изменит жизнь города.

Продолжим путь по Зацепскому Валу и вернёмся к Павелецкой площади.